Нашелся спустя 75 лет: брюховчанка узнала о судьбе деда

Жительница станицы Брюховецкой Татьяна Гарбуз обратилась в редакцию газеты, чтобы рассказать о своих долгих поисках информации о пропавшем без вести дедушке.

В нашей стране немало семей, чьи родные без вести пропали на полях Великой Отечественной войны. Какие-то разрозненные сведения, фотографии — хранятся, но нет знания о том, что случилось с близким человеком.

Татьяна Григорьевна рассказала: «Мой дедушка, Алексей Андреевич Бровко, родом из хутора Малинино (сегодня Димитрова) Тимашевского района. Там он жил до 1935 года, а затем с женой и двумя детьми переехал в хутор Челюскинец. Трудился Алексей Андреевич кузнецом. А 2 октября 1941 года его забрали на фронт».

Дальнейшая судьба деда Татьяне Григорьевне была неизвестна. Знала только, что пропал без вести.

— Мои родители рано умерли, а больше и расспросить было не у кого. Сохранился лишь дедушкин портрет, — говорит Татьяна Григорьевна. — Какое-то время этого было достаточно. Но потом захотелось узнать, что же на самом деле произошло с моим дедушкой.

Долгие годы Татьяна Григорьевна искала хоть какую-нибудь информацию. Год рождения деда она не знала, поэтому ориентировалась на год рождения бабушки — 1900-й. Однажды в маминых бумагах она нашла довоенное фото семьи и по воспоминаниям родственников нашла на этом фото многих из них, а также дедушку.

Обращения в Брюховецкий военкомат ничего не дали: в списках солдат, ушедших в ту пору на фронт, фамилии Бровко не было. В Тимашевске тоже сведений о нем не нашлось.

— Так случилось, что мой племянник помогал переносить документы из Новоджерелиевского архива в другое помещение и совершенно случайно наткнулся на документ, в котором была переписана вся наша семья с датами рождения. Там же сказано, что Алексею Андреевичу Бровко в 1942 году выдана какая-то бумага. Эта находка очень помогла в дальнейших поисках.

Зная, что дедушка родился в 1897 году, Татьяна Григорьевна на портале «Мемориал» в архивных данных министерства обороны России нашла сведения о судьбе своего дедушки, точнее копию страницы из журнала за 20 января 1945 года, где был список советских солдат на немецком языке с лагерными номерами, а в следующей колонке указывалась причина смерти или прочерк.

— Мы с сестрой поехали к своему двоюродному брату в Ростов и там, пересмотрев бумаги покойного дяди Василия, нашли ответы на оставшиеся вопросы.

Дядя Татьяны Григорьевны был человеком военным. На фронт Василий Алексеевич ушел в 17 лет. После тяжелого ранения был направлен в город Кутаиси, восстановился и выучился на политрука. В послевоенные годы объездил много стран и все это время вел дневник, в котором записывал данные о своей семье.

О судьбе отца, Алексея Бровко, он узнал от жителя Краснодара, бывшего узника, который так же, как и Алексей Андреевич находился в лагере Заксенхаузен, но выжил. Василию Алексеевичу он рассказал, что Алексей Бровко был замучен в лагере фашистами. Несколько раз Алексей пробовал бежать, но его каждый раз ловили и жестоко избивали.

— Как он попал в лагерь и где воевал, мне неизвестно до сих пор, — продолжает свой расказ Татьяна Григорьевна. — Благо, врач Брюховецкой ЦРБ Ирина Милостафова помогла нам расшифровать запись из того немецкого журнала, где на латыни была написана причина его смерти — истощение, — говорит Татьяна Гарбуз — Я и мои родные были в ужасе от всего, что нам пришлось узнать. И сейчас, с одной стороны, я довольна, что теперь судьба дедушки мне известна, а с другой — горько и больно за то, что ему пришлось пережить.

На поиски у Татьяны Гарбуз ушло около 10 лет. За помощь она очень благодарна своему племяннику Олегу Самохину, начальнику районного архива Елене Турутиной, Людмиле Тришиной, Ирине Милостафовой, работникам Брюховецкого и Тимашевского военкомата, консультантам сайта «Мемориал».

Но есть еще один необычный факт в этой истории. Как оказалось, Татьяна Григорьевна уже была на земле, где погиб в 1945 году ее дедушка. В 1984 году по туристической путевке брюховчанка ездила в ГДР и посетила с экскурсией именно тот концентрационный лагерь под Берлином, в котором фашисты замучили Алексея Бровко.

— Когда я увидела в одном из музейных помещений целую гору костей замученных людей и среди них очень много детских останков, — вспоминает Татьяна Гарбуз, — мне стало нехорошо, я вышла на улицу, окинула взглядом окрестности, взглянула на небо и задала вопрос: «Почему же на свете существовала такая жестокость?». Не верилось, что эти чистенькие, ровно выстроенные здания, окружавшие меня, были местом мучительной смерти сотен невинных людей.

Похожие новости